Почему именно сейчас? Американцы всё чаще выбирают доступные гибриды и бензиновые SUV, а не чистые электрокары i4 или iX, которые подорожали из-за валютного курса и логистики. Добавьте замедление экономики и рост ставок по кредитам — и премиум-сегмент сжимается первым. BMW пытается контратаковать новыми моделями Neue Klasse и локализацией производства в Спартанбурге, но хватит ли этого, чтобы остановить отток клиентов?
Это не просто квартальный отчёт — это поворотный момент для всей европейской автопромышленности в США. Узнайте точные цифры, какие модели пострадали больше всего, и как спад BMW повлияет на логистику, цены и глобальную конкуренцию в 2026 году. Полный анализ с прогнозами и инсайдами уже ждёт вас. Не упустите шанс понять, кто выигрывает американский рынок прямо сейчас — кликните и разберитесь!
Прочитайте полную статью здесь: https://www.bglogist.com/2026/01/06/bmw-sees-us-sales-decline-in-final-quarter-of-2025/
Представьте: Tesla, некогда король электромобилей, теряет корону в Великобритании. В декабре 2025 года продажи рухнули на 29% — всего 5 721 машина против 8 073 годом ранее. Пока Илон Маск бьёт рекорды в США и Китае, на британском рынке его империя даёт трещину. Почему? Китайские конкуренты — BYD, MG, GWM Ora — наступают как цунами: их продажи взлетели на 44%, а доля рынка превысила Tesla в соотношении 3:1.
Представьте: Лас-Вегас, январь 2026 года. CES, некогда триумфальная арена электромобилей, превращается в арену совершенно другой революции. Экраны, датчики, нейросети и роботы захватывают стенды, а новые EV-модели... почти отсутствуют. Автопроизводители один за другим сворачивают громкие обещания: миллиарды списаны, заводы по выпуску батарей заморожены, субсидии отменены. Электрическая мечта отступает под натиском реальности — высоких затрат, слабого спроса и тарифов Трампа.
Представьте: 2025 год, американский авторынок на качелях. Тарифы Трампа грозят взвинтить цены, налоговый кредит в $7500 на электромобили отменён, регуляции смягчены, цепочки поставок всё ещё хромают после пандемии. Казалось бы, идеальный рецепт для спада. Но нет — продажи новых автомобилей в США выросли на 2%, достигнув 16,2 миллиона штук! Это на 2,4% больше, чем в 2024-м. Как это возможно?
Представьте: немецкий экспорт, сердце европейской логистики, даёт трещину. В 2026 году спад поставок в США и Китай углубляется — контейнеры уходят полупустыми, ставки фрахта падают, а порты Гамбурга и Роттердама зияют свободными причалами. Тарифы Трампа до 25–60% на европейские авто и машины, локализация производства в Китае и дорогая энергия в ЕС уже сократили объёмы на 7–10%. Последствия? Волна простоев, сокращений и хаоса в цепочках поставок по всему континенту.
Представьте: немецкий экспорт, опора европейской экономики, рушится под ударами тарифов Трампа и китайского протекционизма. В 2025-м поставки в США уже упали более чем на 7% (менее 150 млрд евро), в Китай — на 10% (до 81 млрд евро). В 2026-м спад продолжается, угрожая стагнацией для Германии и волнами по всему миру. Но что это значит для России? На первый взгляд — ничего хорошего: глобальная торговая война бьёт по сырьевым ценам, от которых зависит наш бюджет.
Представьте: 2026 год, Европейский союз на распутье. После турбулентного 2025-го с энергетическим кризисом и торговыми войнами, экономика ЕС обещает "умеренный рост" — ВВП поднимется на 1,5–2,0%, инфляция стабилизируется на 2–2,5%, а безработица удержится на 6,5%. Но за фасадом стабильности скрывается хаос: неопределённость от тарифов Трампа, замедление в Китае, Brexit-эффекты и климатические вызовы. Германия, локомотив ЕС, борется с рецессией в экспорте, Франция — с бюджетным дефицитом, а Восточная Европа рискует оттоком инвестиций. Зелёный переход добавляет масла в огонь: переход на возобновляемые источники стоит триллионы, но обещает новые рабочие места в "зелёной" энергетике.